Баллады о Боре-Робингуде: Паладины и сарацины - Страница 9


К оглавлению

9

Робингуд между тем принимается мрачно обследовать номер. Обойдя комнаты и ванную с индикатором, обнаруживает пару свежепоставленных «жучков» и мстительно давит их каблуком. Внимательно осмотрев извлеченную из початой упаковки бутылку «Пльзеня» и внутренность одной из валяющихся на ковре пивных пробок, он обнюхивает недопитый Ванюшин стакан, после чего снимает трубку гостиничного телефона:

– Кельнер? Это 313-й. Где-то с полчаса назад моему напарнику доставили превосходное пиво, «Пилзнер Урквель», да-да, Пи-Ай-Эл-Эс-Эн-И-Ар, мы хотели бы повторить заказ… Как? Вы уверены, что такого заказа не было? Погодите, а может, это из ресторана?.. – ах, все равно через вас… Нет-нет, всё в порядке, мы обойдемся тем, что есть.

Извлекает из дипломата ноутбук и принимается изучать содержимое файлов – каковы масштабы возможного ущерба, если?..

– Боря! – окликают его сзади по прошествии четверти часа; голос у Ванюши слабый и хриплый, но взгляд за эти минуты обрел осмысленность: всё-таки охрененно здоровенный мужик, быстро оживает… – Что со мной?

– Тебя угостили пивком с чем-то психотропным, очень грамотно. А пока тебя колбасило и плющило, обшарили номер и разбили к Евгении-Марковне наш спутниковый телефон.

– Матерь-тетерь… Как же это я так лажанулся… – Ванюша дрожащей пятерней отирает сплошь покрытую потом физиономию – ох, и хреново же мужику… – Постой-ка… так мы, выходит, остались без связи?

– Без шифросвязи. Теперь всё, что мы скажем, может слушать всяк, кому не лень… Ничего не понимаю: оружейная сделка, что мы сейчас готовим, законна… ну, почти законна… в особо засекреченных переговорах нет нужды… Кому вдруг понадобился такой идиотский наезд? И вот еще что: они могли бы, пока ты тут пребывал в отъехавшем состоянии, аккуратно всадить в телефон «жучка» (что куда как полезно), а они вместо того разгрохали его вдребезги – грубо и демонстративно. Что бы это значило, а?


22

Подполковник с Чипом – в не имеющем отчетливых примет времени и места помещении «Шервуда», у компьютера.

Информация из флэш-памяти наконец прочитана.

В глазах у Чипа – ужас и полная растерянность. Подполковник смахивает лицом на покойника:

– Вот, значит, как это будет выглядеть… Русская мафия в лице Бори-Робингуда продала исламским экстремистам несбиваемую крылатую ракету «Гранит» со штатной боеголовкой в 500 килотонн – «двадцать Хиросим». Через четыре дня, на Рамадан, будет теракт, в сравнении с которым 11-ое сентября покажется просто взрывом тротиловой шашки в офисе московского авторитета…

– Это – правда??

– В каком смысле – правда? Что тот «Гранит» ушел налево – сомневаться не приходится…

– Но ведь вы… в смысле – мы… можем доказать свою непричастность?..

– Нас никто не станет слушать. Будет просто не до того: к тому времени начнется Мировая война – настоящая, по полной программе. А нас загодя назначили крайними: «Вот они, выродки – ату их!!!» На дне морском найдут…

– Может, срочно дать знать американцам – ЦРУ с ФБР?

– Да-а? А почему им – а не, скажем, пакистанской ИСИ или не чеченской Шариатской безопасности? Из чего, собственно, следует, что Штаты – мишень теракта, а не его организатор?

– То есть как??

– А так. «Исламисты», вполне возможно, имеют ко всему этому ровно такое же отношение, что и «русская мафия» – в нашем лице: универсальная страшилка… Так что американы, – жестко щурится Подполковник, – будут последними, с кем я стал бы делиться содержимым этой самой флэшки. А предпоследними – израильтяне, при всем моем глубоком к ним уважении. Ну, про здешних наших Штирлицев, с их чистым сердцем и холодными мозгами, я даже и не говорю…

– И что же делать?

– Предотвратить теракт самим – иных вариантов не просматривается.

– Но мы ведь не знаем ни кто на самом деле его готовит, ни где…

– Зато знаем когда – через четыре дня! Всё лучше, чем ничего…

Тут внезапно подает голос мобильник Подполковника. Тот подымает его к уху, и по лицу его становится видно, что лимит неприятных сюрпризов на сегодня еще не исчерпан:

– Боря?.. Ты в своем ли уме?! – по открытой связи?..


23

Начавшийся диалог Подполковника и Робингуда немедля становится добычей мерно крутящихся магнитофонных бобин в штабе Заговора:

Подполковник: Боря?.. Ты в своем ли уме?! – по открытой связи?..

Робингуд: А у нас теперь другой нет, товарищ подполковник: Ванюша, скотина пьяная, обронил ту спутниковую шарманку – в мелкие дребезги. Я ему влепил десять суток ареста – с пометкой «отбыть по возвращении в расположение части». Как там у вас, в Москве? Прием.

Подполковник: Да всё путем. Петра вот только Церетелиного какие-то шутники взорвали – требуют писателя Фейхоева выпустить из Бутырки, а так тишь-гладь… Да, нам тут кой-какую информацию посулили, похоже небезынтересную, только вот чтоб ее взять понадобится рота спецназа, не меньше. Вернешься – обсудим операцию, но это не к спеху. Как понял? Прием.

Робингуд: Вас понял. Значит, в Москву мне торопиться незачем? А то ко мне тут только что подкатился журналист, из «Файнэншэл ньюс» – говорит, будто на здешней оружейной ярмарке уже пошел слушок: все сделки мои сворачиваются, поскольку сам я в ближайшие часы срочно возвращаюсь в Москву. Ваши выводы?.. Прием.

Подполковник: Надо же… «Файнэншэл ньюс» – серьезное издание, сливным бачком сроду не работало… (После некоторого раздумья) …Нет, Боря, не вижу я, с чего б это вдруг тебе бросать все дела на ярмарке и рвать когти в Москву, решительно не вижу. Сиди в своих эмиратах, ешь рахат-лукум, смотри танец живота… Как понял? Прием.

9