Баллады о Боре-Робингуде: Паладины и сарацины - Страница 66


К оглавлению

66

– Пусть задержат – до утра. А потом это уже будет несущественно, так же как и весь его компромат – если это вообще не блеф.


90

Под заунывный гундеж зурны возникает пыльная азиатская улица, дальний конец которой упирается в миражно-плывущие силуэтытрех гордых пальм. Перед высоким дувалом сидят-медитируют, скрестивши ноги, трое старцев-дервишей -давно сидят.

Камера уходит налево от дервишей и нашаривает обшарпанное здание европейской постройки, осененное российским триколором – выгорелым до стадии голубизны с розоватостью и обвисшим по причине безветрия, как… ну, вы поняли. В освещенном уже по вечернему времени окне можно разглядеть кемарящего в окружении своих агрегатов оператора шифросвязи; вот он встрепенулся и принялся за прием сообщения.

– Товарищ полковник! – стучится он по прошествии должного времени в кабинет напротив. – Вам спецсообщение из центра, с пометкой срочно!

Товарищ полковник, тоже кемарящий в своем кресле, с натугой разлепляет левый глаз посредством проницательного воздымания левой брови. Ну да, «с утра выпил – весь день свободен»; вот этот как раз и свободен , аки пс-сиса… Ознакомившись с текстом сообщения, полковник лениво наворачивает диск телефона – самого обычного.

– Алло, Витек? Тараращенко на связи, – по интонациям резидента легко понять, что ему давным-давно уже всё фиолетово , ибо пребывает он в дивном статусе «дальше фронта не пошлют, меньше взвода не дадут». – Нам тут ваша розыскная ориентировка пришла, на этого сАмого оружейника , Робингуда. Слышь, кто у вас там ориентировки-то составляет – пионэр что ль какой, вчера из учебки? Всё, что хошь прописано – кроме того, что надо! …Как это – «А что надо?» Я так и не въехал из вашей цидули: нам Робингуда этого надо НАЙТИ, или – поискать сколько положено и НЕ НАЙТИ?..


91

Под заунывный гундеж зурны возникает пыльная азиатская улица, дальний конец которой упирается в миражно-плывущие силуэты трех гордых пальм. Перед высоким дувалом сидят-медитируют, скрестивши ноги, трое старцев-дервишей – давно сидят.

Камера уходит направо от дервишей и нашаривает белоснежный куб-бастион суперсовременной постройки, осененный гордо реющими в вечернем небе, наперекор безветрию, звездами энд полосами – форева, в натуре! Впрочем, скорей всего сие есть просто лазерное шоу типа «оупен эйр»…

В кабинете тамошнего резидента – инструктаж: на мониторе мелькают изображения Робингуда и Ванюши (анфас и профиль), кадры «Аль-Джазиры» со взлетающим вертолетом, картосхемы стран Персидского залива. Убеленный сединами резидент по-голливудски благообразен и мудёр, сотрудники, в числе полудюжины, молоды и исполнены рвения. Очень образованные вьюноши обоего полу (иные из них, пожалуй, сумели бы даже отыскать на карте мира Балканы и Ирак, не залезая за шпаргалкой в интернет), а уж до чего все правильные – это просто какой-то «Дирол» без сахара… Если же какой злопыхатель на этом месте ехидно полюбопытствует: а не является ли их настольным чтением «Наступление красного Китая» Йорка Гардинга? – мы со всей решительностью дадим отпор подобным инсинуациям. Ибо наши вьюноши вскормлены не на допотопном Йорке Гардинге, а на Хантингтоновском «Столкновении цивилизаций» – а это ведь, согласитесь, совсем иное дело!


91

Российский полковник, лик коего явно не отмечен печатью добродетели, а правый погон, кажется, залоснился до блеска от постоянного соприкосновения с мешком краденого армейского имущества, толкается в дверь с золоченой (а может, и в натуре золотой – средствА, чай, позволяют…) табличкой «Генерал-майор Баблищев, начальник российской делегации на VII оружейной выставке-ярмарке Эмираты-2001»:

– Товарищ генерал, полковник Манаткин по вашему приказанию прибыл!

Убедясь, однако, что посторонних в помещении не имеется, переходит на деловой тон:

– Босс, там к вам саудовцы – надо б их принять!

Генерал с явным неудовольствием отрывается от компьютера, прерывая – на самом, блин, интересном месте! – партию в порнотетрис.

– А точно – надо? Может, ну их, вахабитов этих гребаных? – от своего подчиненного сей военачальник отличается лишь тем, что его-то погоны в полном ажуре: за него, по всему видать, те мешки давно уже таскают другие.

– Точно, точно! Они из здешнего королевского дома – это по типу как Администрация президента; по-русски не бельмеса, но слово «otkat» уже знают!

– Ну, тогда проси. И сам оставайся – будешь переводить.

Двое пожилых худощавых бедуинов в белоснежных бурнусах, вежливо и с достоинством поклонившись хозяевам кабинета, усаживаются напротив генерала.

– What's about bugging here (Как тут насчет прослушки)? – берет быка за рога тот, что повыше.

– Всё чисто, – заверяет полковник. – Проверяемся по три раза на дню, как монашка на триппер: нафига ж нам otkat делить со штирлицами?

– Ну, тады – ой! – и высокий, перейдя на чисто русский, сдирает свою бутафорскую бородку.

– Радкевич?! Ядрён-батон! – дружно выпучивают глаза хозяева кабинета. – А по телеку только что впаривали, будто ты того… в бега ударился…

– Не дождетесь! – ослепительно улыбается Робингуд. – И к делу, господа – время не терпит. Мой саудовский партнер, – тут он кивает в сторону бесстрастного пожилого бедуина, – личный представитель принца Турки аль-Фейсала. Принц хотел бы купить, без лишней огласки, кое-что из российского высокоточного оружия; оплата наличкой – из рук в руки.

– Переносные зенитно-ракетные комплексы «Игла», надо полагать? – понимающе усмехается полковник, деловито раскрывая свой ноутбук. – Пункт назначения – Афганистан? или Чечня?

66